МОСКВА, 11 июн — РИА Новости. Всеправославный собор, призванный стать первым более чем за тысячу лет собранием предстоятелей и представителей поместных православных Церквей мира, оказался под угрозой срыва: ряд Церквей предложили отложить его проведение, намеченное на 16-26 июня на Крите (Греция), из-за несогласия с некоторыми проектами документов и вопросами процедуры собора. Однако созывающий собор Константинопольский патриархат настаивает на его проведении в срок.
Хронология сомнений
События вокруг Всеправославного собора начали стремительно развиваться в конце мая, хотя отдельные критические замечания, касающиеся проектов соборных документов и его подготовки, звучали от некоторых Церквей и ранее. В один день - 25 мая - не сговариваясь, четыре церковных центра выступили с требованием внести в проекты документов собора серьезные исправления. Речь идет о решениях, принятых священным синодом Грузинской церкви, архиерейским собором Сербской церкви, архиерейским собором Элладской церкви и священным кинотом святой горы Афон.
Грузинская церковь пояснила, почему не поедет на Всеправославный собор Константинопольский патриархат игнорирует некоторые фундаментальные вопросы, кроме того, не выполняется главный принцип единодушия, который лежит в основе проведения собора, отметили представители Грузинской православной церкви.Первым о категорическом отказе ехать на собор заговорил синод Болгарской православной церкви — 1 июня он констатировал невозможность проведения собора в установленные сроки из-за нерешенности ряда ключевых вопросов. И уже 3 июня Русская православная церковь предложила созвать "экстренное предсоборное всеправославное совещание" для решения возникших проблем.
В понедельник Антиохийская православная церковь приняла окончательное решение не ехать на Крит, поскольку ее призывы разобраться с проблемами до собора так и не были учтены Константинопольским патриархатом. У Антиохийской церкви неразрешенный спор с Иерусалимским патриархатом о церковной юрисдикции приходов в Катаре. Иерусалим в 2013 году направил туда своего архиерея, вызвав недовольство Антиохийского патриархата, который счел это нарушением своих канонических границ. После этого две Церкви прекратили общение между собой, что послужило главной причиной неучастия главы Антиохийской церкви - патриарха Иоанна X - в предсоборных встречах предстоятелей в Стамбуле (2014 год) и Шамбези (2016 год).
В четверг Сербская церковь также предложила отложить проведение Всеправославного собора, а собрание на Крите все же провести, но понизив его статус до "межправославного совещания". Сербы отметили, что ни одно их предложение по повестке собора не было включено Константинопольской церковью.
В пятницу была обнародована информация, что Грузинская православная церковь не будет участвовать в соборе на Крите. Одной из причин такого решения называют то, что она не занимает подобающего ей места в константинопольском диптихе — историческом традиционном порядке поминовения предстоятелей Церквей на литургии (Константинопольская церковь отводит Грузинской 9-е место, тогда как, например, Русская церковь - 6-е место, вслед за собственным 5-м). Кроме того, Грузинская церковь сетует на то, что запланированная повестка собора обходит стороной важные для нее вопросы заключения брака и церковного календаря. В Тбилиси обещали сделать заявление, где будут освещены "фундаментальные вопросы, которые должны быть учтены Константинопольским патриархатом и не учитываются".
Позиции Москвы и Константинополя
В пятницу же стало известно и о том, что Русская православная церковь (РПЦ) "сочла несвоевременным" участие своего представителя - митрополита Волоколамского Илариона - в подготовке итогового послания собора, которая должна была начаться в четверг 9 июня. Это объясняется тем, что в сложившихся в последнее время обстоятельствах само проведение собора именно как Всеправославного в намеченные сроки находится под вопросом.
В Московском патриархате убеждены, что собор без участия одной или нескольких поместных Церквей теряет статус Всеправославного, а его решения не будут обязательными для всех Церквей. Предложенный Константинополем сценарий охарактеризован как "нереалистичный". Впрочем, в РПЦ отметили, что время для преодоления мешающих проведению собора проблем "еще есть".
В понедельник, 13 июня, в Москве состоится экстренное заседание священного синода Русской православной церкви - "для обсуждения чрезвычайной ситуации, сложившейся после отказа ряда поместных православных Церквей принимать участие в работе Всеправославного собора, проведение которого было запланировано на Крите". Вероятно, на заседании и будет принято решение: участвовать или нет в предстоящем собрании на Крите.
Константинополь в течение всей этой напряженной недели неоднократно заявлял, что подготовка к Собору идет в обычном режиме и "ни одна институциональная структура не может пересмотреть уже начавшийся соборный процесс".
Опрошенные РИА Новости эксперты отметили, что Константинопольский патриархат желает провести собор в намеченные ранее сроки "любой ценой".
Среди различных оценок происходящего можно встретить и опасения раскола в семье братских православных Церквей, выглядевшей до последнего времени дружно. Однако официально такого мнения ни одна из сторон не высказывала.
Церковные территории
Мировое православие представлено 15 поместными Церквами (одна из них, Православная церковь в Америке, признается не всеми Церквами, поэтому не участвует в соборе), имеющими общее вероучение. Церкви отличаются друг от друга скорее в культурном плане. Например, практически у каждой поместной Церкви свой основной язык, на котором проводятся богослужения. В Русской православной церкви им является церковнославянский.
Также каждая поместная православная Церковь имеет свою юрисдикцию, или, говоря церковным языком, "территорию канонического присутствия", которая сложилась исторически. Так, юрисдикция Русской православной церкви распространяется на все страны бывшего Советского Союза, а также Китай, Монголию, Японию и ряд епархий и приходов в странах Западной Европы, обеих Америк и Австралии.
Принцип соборности
В связи с такой неоднородностью, важнейшим для православия является принцип соборности. Поэтому в мировом православии на разных уровнях проводятся соборы. Важнейшую роль в истории не только православия, но и христианства в целом сыграли семь Вселенских соборов (IV и VIII вв), на которых вырабатывалось вероучение. Их решения авторитетны как для православия, так и для католицизма, поскольку были приняты еще до разделения Церкви на западную и восточную в 1054 году.
Можно ли назвать намеченный в июне на Крите Всеправославный собор очередным Вселенским собором? Однозначно нет, так как, по словам патриарха Московского и всея Руси Кирилла, он "не призван решать вероучительные вопросы, вносить какие-либо новшества в литургическую жизнь Церкви, в ее канонический строй".
Тем не менее, при благоприятных условиях собор мог бы стать важным фактором укрепления межцерковного единства и взаимодействия. От подобного уровня собраний ждут также ответов на самые актуальные вопросы современности с точки зрения православной традиции.
Подготовка к собору в XX-XXI веках
На протяжении всего минувшего тысячелетия соборное общение между Церквами было затруднено. В XX веке Константинопольская православная церковь выдвинула идею о проведении собора. С аналогичным предложением выступала в середине века и Русская церковь. Реальная подготовка к проведению собора началась в 1961 году в ходе первого всеправославного совещания на острове Родос, где был подготовлен каталог из ста тем, планируемых к соборному рассмотрению. РПЦ участвовала в процессе с самого начала и подготовила проекты документов ко всем без исключения темам.
Однако в дальнейшем перечень тем по требованию поместных Церквей сильно сократился. В конце концов, к рассмотрению собора на Крите было предложено всего шесть документов.
Речь идет о проектах документов: "Миссия Православной церкви в современном мире", "Православная диаспора", "Автономия и способ ее провозглашения", "Важность поста и его соблюдение сегодня", "Отношения Православной церкви с остальным христианским миром" и "Таинство брака и препятствия к нему". Все проекты были обнародованы в интернете по настоянию РПЦ для того, чтобы церковная общественность могла с ними заранее ознакомиться и выразить свое мнение, которое затем должно быть учтено. Наиболее бесспорным оказался документ о посте. Наибольшие споры вызвали документы об отношениях с неправославными христианами и о браке.
Предметом дискуссии также являлось место проведения собора. В 2014 году на собрании предстоятелей поместных Церквей было решено провести его в Стамбуле. Однако в связи с обострившей террористической угрозой со стороны ИГ (террористическая группировка "Исламское государство, запрещена на территоррии РФ), после ухудшения отношений между Россией и Турцией РПЦ настояла на изменении места проведения собора. Звучали разные предложения, в том числе — собраться в Москве или Санкт-Петербурге, причем с оплатой организаторами всех расходов и без ограничения числа участвующих архиереев, которых в мире сегодня насчитывается более 700 (на Крите их число планируется ограничить 25 представителями от каждой Церкви). А в январе 2016 года на саммите в швейцарском Шамбези патриарх Кирилл предложил провести собор на Святой горе Афон. Но глава Константинопольской православной церкви патриарх Варфоломей высказал сомнения по этому поводу. И в итоге местом собрания стал остров Крит, находящийся в юрисдикции КПЦ.
Второй и третий Рим: сложности в отношениях
Отношения Константинопольской и Русской православных церквей являются весьма напряженными. В частности, из-за споров вокруг приходов в Эстонии, Китае и на Украине. Также РПЦ оспаривает притязания патриарха Варфоломея на главенство в православном мире (по аналогии с закрепленным в католическом мире главенством папы Римского).
В диптихе глава Константинопольской церкви, имеющий титул Вселенского патриарха, стоит на первом месте и считается по общецерковным канонам "первым среди равных". Это объясняется данью древней исторической традиции. Первым был Рим, а духовный глава города святого Константина (Константинополя) - Нового Рима, который стал столицей Восточной Римской империи, приобрел почетное место за ним, опередив более древние апостольские Церкви Александрии, Антиохии и Иерусалима. После разделения Церкви на католическую и православную в XI веке Константинополь в православном мире стал на первое место. И поскольку Православная церковь с большим почтением относится к историческим традициям, это старшинство сохранилось.
Численность
Самой крупной поместной Церковью мира по числу последователей сегодня является Русская православная церковь. К ней, согласно данным британской энциклопедии "Религии мира", принадлежат около 100 миллионов человек.
В Румынской православной церкви около 19 миллионов верующих, Элладской — 9 миллионов, Сербской — 8 миллионов, Болгарской — 6,5 миллионов, Грузинской - примерно 3,5 миллиона. Общее число верующих Константинопольской православной церкви - также около 3,5 миллионов человек.
Александрийская, Антиохийская, Иерусалимская, Кипрская, Албанская, Польская, а также Православная церковь Чешских земель и Словакии и Православная церковь в Америке имеют до одного миллиона человек каждая.
Летом 2016 года в Греции, в приморском поселке Колимбари (Крит), состоялся Всеправославный Собор, где приняли участие 10 поместных автокефальных из 14 признанных. По решению, принятому главами встречи в марте 2014 года, где председательствовал Варфоломей, этот собор планировалось провести в Стамбуле (Константинополе), но в связи с резким обострением российско-турецких отношений в 2016 году, по настоянию Московского Патриархата дата была перенесена на срок с 16 по 27 июня 2016 года.
Восьмой Всеправославный Собор: как трактовать?
Вселенских Соборов в истории христианской церкви насчитывается семь, последний из них проходил в VIII веке и назывался Вторым Никейским. На нем было осуждено иконоборчество. Самый первый Собор прошел в 325 году, где была выработана основа всего ортодоксального Христианства - Символ веры.
Однако многие верующие решили, что будет проводиться 8 Всеправославный Собор. Но это неправильно, потому что «восьмым» может быть только Вселенский, и провести его невозможно, поскольку в 1054 году произошел Великий раскол, образовавший в итоге римско-католическую церковь. Соответственно, теперь название «вселенский» стало немного неуместным.
8 Вселенский Собор: опасения верующих
Страх у православных христиан появился не просто так: по предсказаниям святых старцев, на Восьмом Вселенском Соборе будут тайно короновать антихриста, примут ересь экуменизма (веры объединятся в одну), монашество будет уничтожено, введут новый календарь, на богослужениях православные патриархи будут в молитвах поминать Папу, посты упростятся, псалмы умолкнут, Таинство Причастия исчезнет, епископам разрешат жениться и т. д. В таких церквях Божьей благодати уже не будет, как и смысла их посещать.
Для того чтобы провести Вселенский Собор, нужно объединиться всем христианам, но этот вопрос сейчас решить очень сложно, да и не все канонические церкви захотят на нем присутствовать. Вот поэтому и был созван Всеправославный Собор - собрание предстоятелей и представителей всех общепризнанных Православных Сюда входят такие церкви как Константинопольская, Антиохийская, Александрийская, Иерусалимская, Элладская (Греческая), Кипрская, Русская, Сербская, Албанская, Болгарская, Грузинская, Польская, Румынская, Чешских земель и Словакии.
Повестка Всеправославного Собора
В повестке дня Собора к рассмотрению были приняты шесть спорных вопросов:
- Православная Церковь и ее миссия в современном мире.
- Православная диаспора.
- Автономия и какими средствами она достигается.
- Таинство брака и что ему угрожает.
- Пост и важность его соблюдения сегодня.
- Православная Церковь и ее отношения с остальным христианским миром.
Украинский вопрос
Масла в огонь подлила Верховная Рада Украины, которая накануне ожидаемой встречи глав Православных церквей 16 июня 2016 года, выступила с обращением к Вселенскому о признании акта 1686 года, когда Киевская митрополия была передана в подчинение из Константинопольского патриархата в Московский, недействительным. И потребовали предоставления автокефалии Украинской Православной Церкви, чтобы она заняла достойное место в православной семье поместных церквей.
Московский Патриархат раскритиковал обращение депутатов, заявив о том, что они занимаются не своим делом и ведут себя как самозваный орган в управлении отношений между церквями. Официально этот вопрос на Крите не рассматривался.
Формат встречи
Всеправославный Собор официально открылся 20 июня, на нем собралось 24 архиерея. Любое решение принималось только после достижения консенсуса. Председательствовал на нем Официальными языками встречи были признаны: греческий, русский, английский, французский и арабский.
Митрополит Савватий (Антонов) отметил, что Всеправославный Собор имеет серьезные недоработки и удивился неопределенности в вопросе юрисдикции принадлежности Катара, отсутствию согласия по поводу предлагаемых для утверждения документов. Но самое удивительное - это требуемые четверть миллиона евро от каждой участвующей в Соборе делегации. Из-за неразрешенных разногласий в итоге от участия отказались четыре общепризнанные автокефальные Русская, Болгарская и Грузинская.
Действия патриарха Кирилла (Гундяева) накануне собора были выдержаны в «гибридной» стилистике: шантаж, угроза полномасштабного раскола, игнор со стороны оппонентов и — напряженное ожидание. Как долго оно продлится и у кого первого в мировом православии не выдержат нервы — главная интрига новой постсоборной реальности. А главным источником напряженности служит Украина.
«Украинский вопрос» вновь отложили
Накануне официального открытия собора, 16 июня, Верховная рада Украины обратилась к председателю собора — патриарху Константинопольскому Варфоломею с просьбой рассмотреть вопрос о полной самостоятельности (автокефалии) Украинской церкви. Этот сюжет имеет долгую историю (к которой и апеллируют депутаты). Со времени Крещения Руси и вплоть до самого конца XVII века Киевская митрополия входила в Константинопольский патриархат.
В результате московско-польской войны и обострения отношений России с Турцией Константинопольский патриарх доверил в 1686 году управление Киевской митрополией Московской патриархии, но, как выяснилось в 1924 году, после падения Российской империи это решение носило временный и условный характер. В 1924-м Константинополь предоставил автокефалию Православной церкви в Польше, обосновав это решение тем, что Киевская митрополия была и остается неотъемлемой частью Константинтинопольского патриархата, а епархии на территории межвоенной Польши исторически входили в Киевскую митрополию.
В самом Киеве 1 января 1919 года была провозглашена автокефалия Украинской церкви, которая окончательно оформилась на Всеукраинском соборе 1921 года. Правда, этот собор не смог сформировать законную иерархию, но эта проблема была решена в годы Второй мировой войны, когда вместе с вермахтом на территорию Украины пришла упоминавшаяся выше Православная церковь в Польше. Эта церковь была украинской по этническому составу клира и прихожан и при первой же возможности распространила свою юрисдикцию на всю территорию Украины.
Советская власть запретила украинскую автокефалию, которая выжила только в эмиграции. В 1989-м она вернулась на Украину; первым патриархом Киевским стал легендарный Мстислав (Скрыпник), адъютант Симона Петлюры, рукоположенный в епископа в оккупированном Киеве в 1942 г. После его смерти в 1993-м церковь разделилась на две ветви, каждая из которых борется за свое каноническое признание Константинополем.
Несмотря на все это, крупнейшей православной юрисдикцией Украины остается церковь Московского патриархата (УПЦ МП), внутри которой растет противоборство между промосковской и автокефалистской группами. Последнюю олицетворяет митрополит Александр (Драбинко) — ближайший сподвижник покойного предстоятеля церкви митрополита Владимира (Сабодана). А избранный в 2014-м новый предстоятель, митрополит Онуфрий (Березовский), ориентируется на Москву и не приемлет идеи автокефалии. Однако в условиях нынешней войны эта идея приобретает все больше сторонников: обращение Верховной рады поддержали влиятельные священники и миряне УПЦ МП, которые больше не хотят, чтобы их ассоциировали с Москвой.
Официально Всеправославный собор не рассматривал «украинский вопрос» — его не было в повестке дня, утвержденной предстоятелями 14 церквей в январе. Но в кулуарах собора этот вопрос был центральным.
Показательно назначение официальным спикером собора, который каждый вечер с 20 по 25 июня проводил брифинги для журналистов, украинца архиепископа Иова (Гечи). Однажды, отвечая на просьбу российских журналистов осудить «грубое вмешательство Верховной рады в церковные дела», Иов заметил, что все современные автокефалии были представлены «в связи с политической обстановкой» и с учетом обращений государственных властей соответствующих стран. В ответ на просьбы властей Константинополь дал автокефалии Польской и Албанской церквам, признал автокефалию Болгарской церкви.
Опасность потери Украинской церкви в Москве осознают очень хорошо. Говорят, в дни работы собора в российской столице состоялось совещание на высоком уровне, по итогам которого московское лобби в Киеве получило указание усилить борьбу против автокефалии. В результате 23 июня появилось «альтернативное» обращение 39 депутатов Верховной рады из симпатизирующего России «Оппозиционного блока» во главе с Вадимом Новинским — олигархом, переехавшим несколько лет назад из Москвы в Киев. Авторы обращения призвали патриарха Варфоломея не реагировать на «инициативы политических авантюристов изменить существующий канонический строй в Украине».
Буквально накануне собора Константинопольский патриарх послал Украине обнадеживающий знак. Как рассказал автору этих строк глава департамента по делам религий Украины Андрей Юраш, Варфоломей пригласил предстоятеля УПЦ МП митрополита Онуфрия совершить вместе с ним поездку в Каппадокию. Другим приглашенным гостем был архиепископ Кентерберийский — глава церкви Англии. На языке константинопольской дипломатии это значит, что патриарх хочет видеть церковь Украины в том же статусе, какой имеет церковь Англии.
Один из документов, принятых Собором, называется «Церковная автономия и способ ее предоставления». Статус автономии ниже автокефалии, но воспринимается как важный шаг в сторону полной независимости. Проект этого документа подписала в процессе подготовки к собору и Московская патриархия, несмотря на то, что там есть явный намек на Украину. В документе упоминаются некие территории, которые считают своими сразу две поместные церкви. И если церквам на этих территориях одна или обе «материнские» церкви хотят дать автономию, то последнее слово в решение этого вопроса остается за Константинополем. Украину, как видно из Томоса 1924 года, Константинополь считает своей. Равно как и Москва.
«Украинский вопрос» должен решиться вскоре после собора. Константинопольская патриархия чувствует, что может упустить время: политическую ситуацию в Украине пока трудно назвать стабильной, и «окно возможностей» скоро может закрыться. Кроме того, стремящаяся к независимости часть Украинской церкви просто устанет ждать и провозгласит автокефалию самостоятельно, без всякого участия Константинополя.
Не рассчитал силы?
На что рассчитывал патриарх Кирилл, когда 13 июня заявил о своем окончательном решении не ехать на Всеправославный собор? На тот самый собор, подготовку которого ровно 55 лет назад начал его духовный отец — митрополит Никодим (Ротов). На собор, в который и сам Кирилл вложил немало сил, заседая на всевозможных синаксисах и совещаниях, добиваясь все новых уступок от Константинополя. Однозначного ответа на этот вопрос нет, потому что потери Кирилла от принятого решения явно превышают его приобретения.
К последним можно отнести лишь усмирение внутрицерковной право-консервативной оппозиции, которая привычно критикует Кирилла за «ересь экуменизма», и особенно активизировалась после встречи с папой Франциском в феврале нынешнего года.
Эта оппозиция, объединяющая нескольких епископов, группу активных священников и значительное число монахов и мирян, провозгласила Собор на Крите «волчьим», «разбойничьим» и даже «антихристовым». Столь резкие определения связаны с бытующими в православной среде пророчествами — как средневековыми, так и новейшими — о том, что церковь утверждается на семи столпах семи Вселенских соборов, которые утвердили всю полноту истину, поэтому восьмой собор не нужен, он будет ложным и ознаменует начало последних времен, Апокалипсиса. Ряд монастырей и приходов предупреждали Кирилла: ждем собора, а потом уходим из Московской патриархии. Благо «альтернативных», истинно православных юрисдикций в России немало.
Звучит вроде бы грозно, но реальной опасности для Кирилла это движение не представляло. Во-первых, при всех стараниях оно занимало довольно маргинальное положение в РПЦ МП. Во-вторых, устав Московской патриархии составлен так, что в случае ухода монастыря или прихода из ее юрисдикции, здания храмов и все имущество остаются в патриархии, они никак не закреплены за конкретной общиной. А для церковного руководства важно лишь, кому принадлежит храм, а не кто собирается молиться где-то по квартирам. Впрочем, надо признать, что отказ Кирилла ехать на Собор внес смятение в ряды правой оппозиции, часть которой уже готова вернуться под патриарший омофор и поверить, что с «ересью экуменизма» в РПЦ МП покончено.
Более вероятной представляется «подражательная версия». Патриарх Кирилл, будучи воспитан в условиях советской командной системы, с ее тотальным и жестким контролем над церковью, уловил особенности «вертикальной» путинской системы. Видя, что национальный лидер усиливает антизападную риторику, идет на разрыв с «Большой восьмеркой», нарушает принципы международного права, вводит «контрсанкции», готовится к войне и т.п., Кирилл пытается спроецировать все это на церковную политику и тоже «идет на обострение».
Если его идеалом является «симфония» светской и церковной власти, то последняя должна повторять все ходы первой, играть с нею в унисон. А помимо прочего, Константинопольский патриарх — «турецкоподданный» получает финансовую подпитку из США, церкви греко-романского мира служат в странах — членах НАТО, осуждают «миролюбивую внешнюю политику» Кремля. Разве всего этого недостаточно, чтобы на своей маленькой делянке повторить «геополитический подвиг» Владимира Путина?
Могу предположить, что патриарх поделился планом торпедирования Собора с Путиным на Афоне 28 мая и, видимо, получил одобрение. Очевидно, Московский патриарх рассчитывал, что Константинополь дрогнет перед союзом РПЦ МП, Святой горы Афон и массы славянских церквей, которые должны были поддержать Москву. Критической массы, впрочем, не получилось — Сербская, Польская и Чехо-Словацкая церкви поехали на Крит. И Константинополь не дрогнул, решив проводить Собор без «протестантов». Остается предположить, что патриарх Кирилл не расчитал свои силы.
Сейчас он занял выжидательную позицию: информационное «мочилово» Константинополя, которое началось было в государственных и церковных СМИ 13—14 июня, после решения синода не ехать на Крит приостановлено. Если кто и позволяет себе резкости, то лишь маргинальные сайты и блогеры, готовые любить патриарха до смерти. Официальная позиция, сформулированная главой отдела РПЦ МП по взаимодействию с обществом и СМИ, состоит в том, что собор на Крите в общем-то надо уважать, не надо только называть его Всеправославным. Он признается Московской патриархией как собор 10 поместных церквей — весьма авторитетное мероприятие в православном мире.
Реформы не случилось
Но Константинопольский патриархат и другие церкви-участники смотрят на Собор по-другому. Ведь он созван не волюнтаристским решением «противников Москвы», а всеми 14 предстоятелями церквей мирового православия, включая патриарха Кирилла. Механизм отмены этого решения участниками синаксиса предусмотрен не был. Значит, невзирая на все запоздалые ультиматумы, отменить Собор невозможно. Более того, Константинополь настаивает на обязательности его решений для всех церквей, в том числе РПЦ МП. Он считает, что нынешний Собор подарил, наконец, православному миру механизм решения вопросов без Москвы, которая вечно была чем-то недовольна, протестовала и тормозила соборный процесс. Теперь, считают в Константинополе, православный мир вздохнет свободней.
Согласно регламенту собора, все его решения принимаются консенсусом, то есть единогласно. Это положение толкуется по-разному: участники собора, естественно, полагают, что речь идет о консенсусе всех присутствующих на соборе. А Московская патриархия, которая сама же добровольно не поехала на Собор, настаивает и на консенсусе отсутствующих. Вообще, принцип консенсуса был разработан в угоду РПЦ МП: традиционное каноническое право Православной церкви признает принятие решение простым большинством участников собора. Именно так голосовали святые отцы Вселенских соборов — и на каждом древнем Соборе находилась масса недовольных мнением большинства. Если бы от Вселенских соборов требовали консенсуса, не были бы приняты догматы и каноны православия. Об этом напомнил на открытии Собора глава Албанской церкви архиепископ Анастасий. Но принцип консенсуса менять все же не стали.
Собор за шесть дней работы принял в общей сложности шесть документов: о миссии церкви в современном мире, об отношениях с остальным христианским миром, о браке, о посте, о православной диаспоре и церковной автономии. Все документы составлены крайне обтекаемо, искать в них сенсацию бесполезно. Подготовка к собору в 1960-е гг. начиналась с программы радикальных реформ (переход всех церквей на новый календарный стиль, сокращение служб и постов, разрешение женатого епископата и второбрачия духовенства и т.п.), но эта программа постепенно утратила всю свою радикальность — «лишь бы не было раскола». В итоге собор принял осторожно-экуменическое исповедание веры, признав церковность католиков и некоторых протестантов, разрешил (с оговорками) браки православных с теми же католиками и протестантами, да допустил послаблять посты на усмотрение духовника в индивидуальном порядке. «Реформой православия» все это не назовешь. Причем Грузинская церковь, не участвующая в соборе, предупредила, что документ о браке она не примет, так как благословляет своих чад жениться только и исключительно на православных.
***
В общем, Собор на Крите прошел достаточно мирно, нового глобального раскола православия не произошло. Такой исход связан с тем, что Московская патриархия все же «нажала на тормоза», отказавшись от первоначального плана усиления конфронтации. Терять Украину очень не хочется… Но позиции Московской патриархии в мировом православии, которое научилось принимать общецерковные решения без Москвы, ослабли. Если проводить аналогии со светской политикой, Москву исключили из церковной «Большой восьмерки». Или даже из ООН. Кому от этого лучше? Точно не Московской патриархии. Но надо ведь быть патриотами и страдать вместе со своей страной, не так ли?
Станет ли Всеправославный Собор восьмым Вселенским, передадут ли храм святой Софии в Стамбуле православным, какие вопросы на нем будут рассматриваться и как он изменит церковную жизнь? Об этом рассказывает заместитель председателя Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата протоиерей Николай Балашов.
– Отец Николай, Всеправославный Собор, подготовка к которому сейчас проходит, это тот самый VIII Вселенский, которого многие ждут и многие боятся?
– Во-первых, ни один Собор в истории Церкви не созывался как Вселенский Собор – так в первое тысячелетие своей истории Церковь именовала главнейшие церковные Соборы. Они признавались Вселенскими по своим результатам. Так что каким окажется Всеправославный Собор, к которому сейчас ведется подготовка, какой вклад он внесет в современную жизнь и в будущее развитие Православной Церкви, покажет жизнь.
Но факт тот, что подготовка общеправославного Собора ведется на протяжении уже многих лет. К сожалению, условия для жизни Православной Церкви не только в нашей стране, но и во многих других странах мира на протяжении всего ХХ века были очень неблагоприятные, поэтому попытки провести Собор в ХХ веке не увенчались успехом. Но мы надеемся, что в XXI веке это станет возможным.
– Предыдущие общеправославные Соборы, которые стали потом Вселенскими, созывались по принципиальным, догматическим положениям. А этот Собор будет ли пересматривать что-то из догматов, которые уже установлены, или он рассмотрит другие вопросы?
– Задачей Собора никоим образом не является пересмотр догматического и канонического Предания Святой Православной Церкви, которое стоит и будет незыблемым. Установления семи Вселенских Собором являются бесспорным авторитетом для всего христианского мира, и о какой-либо ревизии этих постановлений речь, конечно же, не идет. Другое дело, что Соборы первого тысячелетия от Рождества Христова не могли заранее предопределить всех вопросов, которые встанут со временем перед Православной Церковью. Во времена Вселенских Соборов границы Поместных Православных Церквей представлялись очерченными достаточно ясно. Весь мир разделялся на пять главнейших Патриархатов. Напомню, что первым был Римский, затем Константинопольский (поскольку это была столица Византийской империи и город именовался новым Римом), затем следуют Александрийский, Антиохийский и Иерусалимский Патриаршие престолы. Римский, как мы знаем, в XI веке отпал от общецерковного общения.
Но в ХХ веке картина расселения православных христиан по земному шару изменилась. Миллионы православных людей в массе своей оставили Россию после революции и в результате гражданской войны, стали вынужденными изгнанниками. Греческий народ тоже пережил тяжелое потрясение, когда в результате войн в начале ХХ века все греческое население вынуждено было оставить территорию Малой Азии – территорию первоначального распространения и процветания христианства, те регионы Византийской империи, где когда-то жили святые отцы и учители Церкви, где родились Василий Великий, Григорий Богослов, Иоанн Златоуст и многие другие. Теперь это регионы, в которых нет ни одного христианина, живущего там постоянно. Массовые миграции переживали и другие православные народы, и теперь православные живут по всему лицу Земли. Но ни один из Вселенских Соборов не установил, например, каким образом должна управляться православная община в Соединенных Штатах Америки, в Новом Свете – в канонах Вселенских Соборов на эту тему нет никаких указаний, а это один из вопросов, который требует общеправославного решения, чтобы споры, которые об этом существуют в православном мире, уступили место согласию.
– Итак, один из наиболее важных вопросов, которые будут рассматриваться на предполагаемом Всеправославном Соборе, это вопрос юрисдикции?
– Совершенно верно. И этот вопрос – первый из десяти, которые составляют повестку дня святого и великого Собора Восточной Православной Церкви. А эта повестка дня была утверждена в 1976 году в Женеве, православном центре Константинопольского Патриархата. Первая тема так и называется «Православная диаспора»; «диаспора» – это греческое слово, которое означает «рассеивание», это те православные люди, которые живут не у себя на родине, а рассеяны по всему миру. Второе – это Православная Церковь в тех странах, где православные не составляют большинство населения. Например, в странах Западной Европы, в Австралии, в Южной и Северной Америке. Православные Церкви должны договориться о том, как осуществляется пастырское руководство той паствы, которая там живет.
Сегодня целый ряд Поместных Церквей имеют свои заграничные учреждения в диаспоре и окормляют свою паству. Но нужно научиться теснее взаимодействовать друг с другом. Так, чтобы, например, жители Нью-Йорка, где существует в настоящее время, наверное, более десятка православных юрисдикций, имели представление о том, что Православная Церковь, несмотря на то, что народы ее составляют разные, по существу одна. И она едина – это не просто федерация или конфедерация каких-то образований, существующих в разных странах мира; несмотря на существующие границы между церковными юрисдикциями, Церковь сохраняет фундаментальное единство в вере, в богослужении, в таинствах. Единство, которое основано на общей традиции, идущей от апостолов, от святых отцов Церкви, от святых Вселенских и Поместных Соборов, – традиции, которой уже две тысячи лет.
– Несколько положений из тех, которые готовятся для рассмотрения на этом Соборе, касаются признания статуса церковной автокефалии и автономии. Означает ли это, что нужно готовить новую процедуру определения автокефалии или автономии, потому что люди, узнав, к какому Патриархату теперь они принадлежат, захотят отделиться?
– Действительно, есть каноническая процедура. Все знают, что существуют автокефальные, то есть полностью независимые, и автономные Церкви, являющиеся частью автокефальной Церкви, но обладающие свободой внутреннего самоуправления. Например, в пределах нашей Русской Православной Церкви Московского Патриархата существуют такие самоуправляемые Церкви, как Украинская Православная Церковь, Латвийская Православная Церковь, Эстонская Православная Церковь, Православная Церковь Молдовы. Самоуправляемой частью Московского Патриархата является Русская Зарубежная Церковь, общение которой с Церковью на Родине было установлено четыре года назад, в мае 2007 года.
Но какова процедура предоставления статуса автокефалии или автономии – вопрос неоднозначный в православном мире. Новая Церковь приходит в равноправную семью автокефальных Церквей. Потом главы Церквей собираются на Собор и начинают подписывать один за другим, начиная с первого по чести, то есть с Патриарха Константинопольского, документ об автокефалии. Это большой прогресс в нашем движении к взаимному пониманию.
– Интересно, как на Соборе будут приниматься решения, какова процедура голосования?
– Вопрос о процедуре и регламенте Всеправославных Соборов как раз один из самых непростых. Но в процессе подготовки Собора, на предшествующих ему Всеправославных предсоборных совещаниях, заседаниях Межправославной подготовительной комиссии принято очень важное правило – правило консенсуса: все решения принимаются только в том случае, если каждая из Церквей согласна. А это дает нам твердую уверенность в том, что на предстоящем Всеправославном Соборе не может быть принято никаких решений, которые не соответствовали бы убеждениям и позиции Священноначалия Русской Православной Церкви. Как, разумеется, и любой другой из Поместных Православных Церквей.
– Но это создает определенную угрозу для самого Собора.
– Я с вами согласен. Процесс подготовки Собора действительно продолжается уже несколько десятилетий. Но надо помнить, каким тяжелым был ХХ век.
– Кстати, ХХ век внес изменения и в жизнь Католической Церкви – на II Ватиканском Соборе. И я не случайно об этом упоминаю. Потому что среди вопросов, вынесенных для обсуждения на предполагаемый Всеправославный Собор, есть и правило совершения таинства Брака, вопрос о посте в современном мире. Значит ли это, что на Всеправославном Соборе правила вступления в брак будут как-то пересмотрены? То же касается и поста. На II Ватиканском Соборе шла речь о послаблениях, о компромиссе с миром. Пойдет ли Всеправославный Собор по пути поиска компромисса с миром?
– В 20-х годах прошлого века, когда идея созыва Всеправославного Собора впервые была озвучена представителями Константинопольского Патриархата, в их предложениях действительно присутствовали элементы модернизма, приспособления церковной традиции к понятиям и стандартам современного мира. Ничего этого не усматривается в тех проектах, которые подготовлены для грядущего Всеправославного Собора. Может быть, столь длительный процесс подготовки имел место не без Промысла Божия, чтобы не были приняты необдуманные решения.
Мы знаем, что в результате совещания части Православных Церквей по инициативе Константинопольского Патриарха в 1923 году был изменен церковный календарь. Но это вызвало расколы, нестроение в жизни многих Поместных Церквей – старостильный раскол в Греческой, в Румынской и Болгарской Церквах существует и сегодня. Христиане отстаивают отечественные, традиционные церковные календари. И поэтому вопрос об общем календаре стоит в повестке дня Всеправославного Собора. Мы понимаем, что сейчас положение таково, что тем Церквам, которые уже перешли на новый календарь, трудно сделать обратный шаг. Что нужно? Нужно твердо зафиксировать время празднования Пасхи, общее, которое определяется правилами I Вселенского Собора, Никейского. И нужно подтвердить, что те вопросы календаря, которые закреплены в Предании Вселенских Соборов, ни одна Церковь трогать не будет. Что соблюдение православной Пасхалии, поскольку она Вселенским Собором подтверждена, не подлежит ревизии. А в вопросах неподвижных праздников, видимо, в течение не известного мне, но известного Богу времени, Церкви будут оставаться при тех календарях, которые они сегодня используют. Для нашей Церкви, как и для других, которые употребляют традиционный, старый календарь, такой вопрос не стоит, и на предстоящем Соборе он обсуждаться не будет.
Вопрос о посте и о браке. Вы знаете, что брачная дисциплина сегодня разная в разных Поместных Церквах. И это приводит к тому, что людей, которым в одной стране говорят, что они не могут вступить в брак, в другой стране готовы повенчать. Не должно быть такого. Это дает повод к какому-то лукавству и злоупотреблению в церковной жизни. Мы должны подтвердить одинаковые для всех Церквей стандарты, которые тоже основываются на каноническом Предании Церкви, которое всегда знало в каких-то исключительных случаях возможности икономии, послабления, то есть какого-то шага навстречу особенностям человеческой судьбы. А вот где границы возможности смягчения правил, об этом мы тоже должны договориться.
А так, поскольку мы веками строили свою жизнь независимо друг от друга, в разных Церквах появились разные правила. То же касается брака с представителями других вероисповедований. Эта проблема очень остро стоит во многих странах мира, где православные живут в неправославной среде. Как относиться к возникающему здесь вопросу воспитания детей? У Русской Церкви есть свои стандарты, которые были установлены еще в дореволюционной России, где тоже жили представители разных вероисповеданий и были установлены правила, по которым в Православной Церкви венчались браки с христианами в том случае, если неправославная сторона давала обязательство, что дети будут воспитаны в Православной вере. А если это не христианин, то, конечно, церковное свершение такого брака невозможно. В общем, и в этой области нужно договориться об общем пастырском подходе.
– В повестке есть пункты, которые при рассмотрении на предполагаемом Всеправославном Соборе могут вызвать, и сейчас уже вызывают, наибольший соблазн. Это вопрос отношения с другими христианским конфессиями, и особенно экуменическое движение. Есть ли повод для опасений?
– Вы знаете, документы, которые должны лечь в основу соборных определений, уже давно обсуждены и приняты межправославной подготовительной комиссией, всеправославным предсоборным совещанием. В их содержании нет решительно ничего революционно нового. Но все-таки основы, на которых строятся отношения Православной Церкви с другими христианскими конфессиями, должны быть общими и определяться не конъюнктурными обстоятельствами, а нормами православного Предания и вероучения.
Таким образом, мы ожидаем, что обсуждение всех этих вопросов на Всеправославном Соборе позволит нам с большей уверенностью настаивать на традиционной, консервативной позиции в отношении этих вопросов, которых придерживается Русская Православная Церковь. Мы хотели бы, чтобы они стали общими для наших православных братьев во всем мире. Процедура принятия решений, как я уже сказал, требует консенсуса; мы будем стремиться к согласию, но от фундаментальных принципов, которые наша Церковь для себя сформулировала, скажем, на юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года в документе, который называется «Основные принципы отношений к инославию», отступать не намерены.
– Сколько еще потребуется времени для подготовки к Всеправославному Собору?
– Вы знаете, я плохой предсказатель. Но сейчас появляются предпосылки к тому, чтобы такой Собор состоялся в течение ближайших нескольких лет. Сейчас еще предстоят важные согласования последних вопросов о порядке предоставления автокефалии. Трудный вопрос о диптихе – порядке, в котором занимают свое место предстоятели Поместных Православных Церквей. Никто не сомневается, что по многовековой церковной традиции Константинопольский Патриарх, Патриарх Вселенский, как его еще именуют, является первым по чести среди предстоятелей Поместных Православных Церквей, за ним Александрийский, Антиохийский, Иерусалимский и Русский. Но в отношении порядка следования глав более молодых Православных Церквей существуют определенные разногласия. Тем не менее, думаю, что и по этому вопросу мы придем к таким механизмам, которые позволили бы не придавать такого значения спорам о второстепенных вещах, а сосредоточиться на главном – на том, что у нас общая вера, общее духовное наследие. Да, разные языки, разные национальные традиции, но истина Православия, которая для нас всего дороже, всех соединяет.
– Евангелие тут можно вспомнить: «кто хочет быть первым, будет последним», и конфликт разрешится.
– Да, есть такая евангельская цитата, которую полезно было бы помнить, но апостол Павел говорит, что все в церквах благообразно и по чину бывает. Так что чин и порядок, конечно, во всем требуется, в том числе, и в проведении Собора.
– Определено ли место проведения Собора?
– Было бы хорошо и символично собрать после длительного перерыва Общеправославный Собор где-то, где великие Соборы уже собирались. Например, в Никее. Но Никея – это теперь турецкий город Изник, там существуют сейчас только развалины древней христианской базилики и целого ряда некоторых когда-то святых мест. А вот в Константинополе, несмотря на то, что сейчас это турецкий город Стамбул, сохранились в том числе исторические здания, например, храм Агея и Ириния, там заседал I Константинопольский, он же II Вселенский, Собор в 381 году.
– Храм Святой Софии один американский ученый предложил правительству Турции передать Православной Церкви. Если это произойдет…
– Мы бы с удовольствием поддержали такое предложение. При полном уважении к турецкому государству, к турецкому народу, мы понимаем, что вопрос сохранения межрелигиозного, межнационального мира для Турции является очень важным. Это страна много пережила в своей истории в результате межрелигиозных столкновений. Одним из результатов стал почти полный исход православного, греческого в основном, населения из Турции. Сейчас осталось всего несколько тысяч человек. Поэтому мы были бы рады, если бы Святая София, великая святыня христианского мира, вновь стала местом проведения православных богослужений.
Богословская оценка профессором Фессалоникского университета Д. Целенгидисом документа "Отношения Православной Церкви с остальным христианским миром"
В связи с созывом Архиерейского Собора Русской Православной Церкви я хотел бы благоговейно предложить Вашему вниманию некоторые богословские замечания и комментарии относительно уже опубликованных документов V Предсоборного Всеправославного Совещания, которое очень скоро станет предметом Вашего пристального внимания, поскольку потребуется принять соборное решение по его результатам.
Мои богословские замечания касаются документа: «ОТНОШЕНИЕ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ К ОСТАЛЬНОМУ ХРИСТИАНСКОМУ МИРУ» .
В этом документе неоднократно проявляется, с богословской точки зрения, непоследовательность, и даже противоречивость. Так, в пункте 1 говорится о церковном самосознании Православной Церкви, которая совершенно верно названа «Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церковью». Но в пункте 6 приведена формулировка, противоречащая пункту 1, а именно ясно отмечается, что «Православная Церковь констатирует существование в истории других, не находящихся в общении с Ней христианских церквей и конфессий» .
Здесь возникает совершенно оправданный богословский вопрос: «Если Церковь является «ЕДИНОЙ» в Символе веры и в самосознании Православной Церкви (п. 1), то почему мы вдруг начинаем говорить о других христианских церквях? Ведь совершенно очевидно, что эти другие церкви являются инославными .
Однако инославные «Церкви» совершенно не могут православными христианами называться «Церквями», потому что с догматической точки зрения нет причин утверждать о существовании множества «Церквей», причем с отличным [от православных] учением, по многим богословским вопросам. А значит, до тех пор, пока эти «Церкви» держатся за свои ошибочные заблуждения в вероисповедных вопросах, с богословской точки зрения не будет правильным признавать их принадлежность к Церкви, даже как бы вне «Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви», да еще и узаконивать их статус соборно.
В том же пункте 6 имеется ещё одно серьёзное богословское противоречие.
В начале пункта отмечается следующее: «Единство, которым обладает Церковь по своей онтологической природе, не может быть нарушено» . А в конце этого пункта пишется, что, участвуя в экуменическом движении, Православная Церковь преследует «объективную цель - подготовить путь к единству » .
Здесь возникает вопрос: «Поскольку единство Церкви является данностью, то какого именно единства Церквей мы стрем им ся достичь в рамках экуменического движения? Может быть, подразумевается возвращение [так называемых] западных христиан в лоно ЕДИНОЙ и единственной Церкви? Однако ничего подобного не видно ни согласно букве, ни согласно духу всего этого документа. Даже наоборот: создаётся впечатление, что в Церкви, как данность, существует разделение, и перспектива межхристианского диалога направлена на воссоединение нарушенного единства Церкви.
Богословская путаница вызвана и неоднозначностью пункта 20, который гласит: «Перспективы проведения богословских диалогов Православной Церкви с другими христианскими церквами и исповеданиями всегда исходят из канонических критериев уже сформировавшейся церковной традиции (7-е Правило Второго Вселенского Собора и 95-е Правило Пято-Шестого Вселенского Собора)».
Однако в 7-м Правиле Второго Вселенского Собора и 95-м Правиле Трулльского собора говорится о признании Крещения некоторых конкретных еретиков, которые выказали интерес к присоединению к Православной Церкви. Но, при богословской оценке рассматриваемого нами документа по букве и по духу, мы понимаем, что речь совершенно не идет о возвращении инославных в Православную и Единую Церковь. Наоборот, в данном документе крещение инославных признается априори, то есть как данность, даже несмотря на отсутствие соответствующего решения всех Поместных Церквей. Другими словами, документ при знает теорию так называемого «крещального богослови я ». В то же время намеренно игнорируется исторический факт, что современные инославные Запада (римо-католики и протестанты) имеют даже не один, а множество догматов, которые отличаются от вероучения Православной Церкви (кроме филиокве (filioque), это учение о тварной благодати Таинств, о примате Папы Римского, о его непогрешимости, а также отрицание почитания икон и решений Вселенских Соборов и т. д.).
Вызывает справедливые вопросы и пункт 21, в котором отмечается, что «Православная Церковь положительно оценивает документы богословского характера, принятые Комиссией (имеется в виду Комиссия «Вера и церковное устройство») <…> о сближении Церквей». Здесь следует отметить, что данные документы официально не выносились на рассмотрение Иерархов Поместных Православных Церквей на уровне церковных Соборов.
И, наконец, пункт 22 производит впечатление, что грядущий Великий и Святой Собор заранее предрешает непогрешимость своих решений, поскольку он считает, что «сохранение истинной православной веры возможно только благодаря соборному строю, который издревле представлял компетентный и высший критерий Церкви в вопросах веры ». В этом пункте игнорируется исторический факт, что в Православной Церкви высшим критерием является догматическое сознание церковной полноты (ἔ-σχα-το κρι-τή-ριο εἶ-ναι ἡ γρη-γο-ροῦ-σα δογ-μα-τι-κή συ-νεί-δη-ση τοῦ πλη-ρώ-μα-τος τῆς Ἐκ-κλη-σί-ας) , которая имеет право признать или считать «волчьими» даже Вселенские Соборы. Соборный строй сам по себе не является «механической » гарантией правильности православной веры. Это происходит только тогда, когда епископы, участвующие в соборах, являются храмом Духа Святого, действующего через них; собор епископов имеет согласие, «последуя во всем святым отцам.. .» («ἑ-πό-με-νοι τοῖς ἁ-γί-οις πα-τρά-σι»).
ОБЩАЯ ОЦЕНКА ДОКУМЕНТА
Согласно с тем, что написано и что явным образом подразумевается в вышеприведенном документе, очевидно, чтоинициаторы и его составители делают попытку узаконить «христианский синкретизм-экуменизм» через принятие соответствующего Решения на Всеправославном Соборе. Но это будет иметь катастрофические последствия для Православной Церкви. В связи с этим смиренно предлагаю полностью отвергнуть эту редакцию документа.
И еще одно богословское замечание к документу «Таинство Брака и препятствия к нему» . В параграфе 5, пункт 1 главы 2 (О препятствиях к браку) отмечается: «брак православных с инославными запрещается по канонической акривии и не венчается (72-е правило Трулльского Собора). Он может быть благословлен по снисхождению и человеколюбию при условии, что дети от этого брака будут крещены и воспитаны в Православной Церкви».
Утверждение о том, что «дети от этого брака будут крещены и воспитаны в Православной Церкви» противоречит богословскому основанию брака как Таинству Православной Церкви, поскольку получается, что [само по себе] деторождение, в сочетании с крещением детей в Православной Церкви, становится [достаточным] основанием для церковного совершения смешанных браков, вещь, которая совершенно определенно запрещена Правилом Вселенских Соборов (72-е правило Трулльского Собора) . Другими словами, мы видим, что Собор, не имеющий статуса Вселенского, каковым является будущий Святой и Великий Собор, ставит под сомнение и делает необязательным совершенно определенное и строгое решение Вселенского Собора . А это совершенно неприемлемо.
И еще. Если в венчанном браке не родятся дети, может ли с богословской точки зрения быть законным этот брак лишь под предлогом обещания инославного супруга будущих детей сделать членами Православной Церкви?
Следовательно, по богословским причинам пункт 1 параграфа 5 должен быть удален .
По «Православной Энциклопедии», ИНОСЛАВНЫЕ — общее наименование неправосл. христиан, используемое в правосл. Церкви (термин «инославие» является переводом греч. ἑτεροδοξία). <...> В синодальный период термин «инославные» в законодательстве не употреблялся, нередко И. официально включались в группу иноверцев или иностранных исповеданий. В то же время представители легальных инославных исповеданий имели особый правовой статус. ... В 1917 г. Временное правительство приняло меры по созданию внеконфессионального гос-ва. 20 марта вышло постановление «Об отмене вероисповедных и национальных ограничений», в котором объявлялось о равенстве всех религий перед законом, отменялись все действовавшие ранее ограничения в правах. Было легализовано униат. богослужение. Закон «О свободе совести», принятый 14 июля, провозглашал свободу религ. самоопределения для каждого гражданина по достижении 14-летнего возраста. 5 авг. было создано Мин-во исповеданий с входящим в него Департаментом по делам инославных и иноверных исповеданий. Т. о., впервые в названии гос. органа был использован термин «инославие». Впрочем, уже 25 окт. мин-во прекратило существование. ... В XX - нач. XXI в. термин «инославие» в церковной практике употребляется значительно чаще, чем до этого, отчасти потому, что с развитием экуменического движения и межцерковных контактов сузилась сфера употребления канонических терминов «еретики» и «раскольники» как неуместных в данном контексте ввиду их негативной окраски.
Нужно пристально рассмотреть вопрос использовани я термина « инославные » вместо традиционно использовавшегося в официальном церковном делопроизводстве слова «иноверцы» .
В документе дословно говорится следующее: «Единство Церкви, которым Она обладает по своей онтологической природе, непоколебимо» (Κατά τήν ὀντολογικήν φύσιν τῆς Ἐκκλησίας ἡ ἑνότης αὐτῆς εἶναι ἀδύνατον νά διαταραχθῇ). ─ прим. переводчика.
Дословно: «подготовку пути, ведущего к объединению» (τήν προλείανσιν τῆς ὁδοῦ τῆς ὁδηγούσης πρός τήν ἑνότητα). ─прим. переводчика.
*происходит превращение икономии в догмат и канон. Согласно православному учению, икономия является временным отступлением от акривии, от канона веры, ради человеческих немощей в исключительных обстоятельствах, имеющее целью приведение людей к правой вере вопреки объективным препятствиям.
Данный текст был написан по запросу движения православных юристов Молдовы, выступившего организатором Международной богословской конференции «Межрелигиозный синкретизм», проходившей в г. Кишиневе 21-22 января 2016 года по благословению митрополита Кишиневского и всея Молдовы Владимира. Данная работа была написана в сжатые сроки к началу Архиерейского Собора РПЦ (2-3 февраля 2016 года) и будет дополнена автором.